Мускари уводил несчастную дочь, и она доверилась ему - надолго, на всю жизнь. Но даже в таком смятении он улыбнулся, проходя мимо Эццы, и спросил:

- Куда же ты теперь отправишься?

- В Бирмингем,- отвечал актер, раскуривая сигарету.- Я тебе сказал, я человек будущего. Если я во что-нибудь верю, я верю в перемены, в хватку, в новизну. Поеду в Манчестер, в Ливерпуль, в Халл, в Глазго, в Чикаго - в современный, деловой, цивилизованный мир.

- Словом,- сказал Мускари,- в разбойничий рай.